Свежие комментарии

  • Sergiy Che
    "Ысторек Сушков"это мудла с нижнего Тагила - коммуняка который трясёт официальными (читай: ТУПО СФАБРИКОВАННЫМИ)) обв...Ленинградское дел...
  • Владимир Eвтушенко
    Бл..., и тут лизание очка у заграницы. Неужто создатели этих отрядов забыли русский язык, если пишут на курт...Конные отряды для...
  • Анна Эржибова
    Здорово у кого то голова хоть варит)Конные отряды для...

Названая сестра: как горьковчане и эвакуированные становились друг другу родными

Названая сестра: как горьковчане и эвакуированные становились друг другу родными

Горьковская область в войну оказалась среди тех территорий, что приняли наибольшее число эвакуированных: только за три с половиной месяца 1941‑го, начиная с 28 июня, когда прибыли первые эшелоны,– 143,7 тысячи человек. Среди них была 24‑летняя Вера с Украины с полуторагодовалым сыном Сашей и 10‑летней сестрой Зиной. Они и стали героями этой удивительной истории.

 

Жизнь сквозь слёзы

Вера жила в Одесской области, работала в райкоме партии. В июле 1941‑го семьи работников эвакуировали в Ростовскую область, а затем – в Горьковскую. Вера с сестрой и сыном оказались в Чкаловском районе, в колхозе имени Калинина (позднее – колхоз «Прогресс»).

«Приехали мы сюда в сентябре, раздетые, голодные, без крова, – рассказывала потом сама Вера Ишакова в письме, которое через много лет прислала в Чкаловск. – Страшно вспомнить тогдашнее наше положение».

Вера приехала сначала в деревню Телячьево. Там жила её свекровь. Но та принять невестку с детьми в доме не захотела. Предложила в качестве жилья заброшенную баню.

– Вере с детьми пришлось как-то выживать, – вспоминает жительница деревни Колосиха округа Чкаловск Фаина Булганина. – Она работала на льнозаводе, дети оставались одни. В чужом месте, без родственников, без тёплых вещей очень было трудно.

Наступала зима. Вера в ботиночках, на голове кудель, лицо залито слезами. Работала, а сердце болело о детях. Моя мама Антонина Ивановна Смирнова несколько дней наблюдала за ней, не выдержала, подошла и узнала причину слёз.

 

Новая семья

Антонина жила с матерью Верой Андреевной. У них была корова. Узнав о тяжёлом положении новой знакомой, Антонина сразу предложила Вере перебраться к ним в деревню Колосиха. Предупредила: будет тесно. Имелась всего одна комната, большую часть которой занимала печь. «До сих пор удивляюсь тому, как мы все помещались в доме», – писала потом Вера Ишакова. А тогда она с детьми в тот же день пришла к своим спасительницам. Еще новости по теме «Каждый спортсмен стоит в бою нескольких рядовых бойцов»: истории нижегородских спортсменов-участников Великой Отечественной войны Под надёжной охраной бронепоезда: житель Ардатова рассказал, как сопровождал составы с нефтью в годы войны «Все четыре года войны нас сильно мучил голод»: нижегородские ветераны поделились историями о трудном детстве Именно так называла Веру Андреевну и Антонину. Писала: «Они согрели нас, спасли от холода и голода».

– Моя бабушка следила за детьми, – продолжает Фаина Ивановна. – Мама говорила, что у них с Верой одни валенки были на двоих, поэтому зимой работали на льнозаводе в разные смены.

Между тем у Веры в первый же год войны погиб муж – при обороне Севастополя, позднее – брат. А Вера Андреевна получила похоронки на двоих сыновей.

«Страшное горе постигло наши семьи, но дружба и доброта друг к другу помогали переносить эти тяжёлые утраты, – вспоминала Вера Ишакова. – Старались работать за всех ушедших на фронт и за погибших. Трудились день и ночь, полуголодные, раздетые, но делали всё для фронта».

Вера часто вспоминала потом, как в лютые морозы 1941‑го обрабатывали лён на реке. Трудилась и 10‑летняя Зина – пошла нянечкой в детский сад.

 

Через годы и расстояния

Как рассказала нам куратор музейной комнаты Высоковского Дома культуры округа Чкаловск Тамара Лагутина, всего в колхоз имени Калинина было эвакуировано четыре семьи – кроме Веры с детьми семья Анастасии Ильиничны Козловой из Калининской области, Анна Пелёвина из Белоруссии (у неё в Чкаловске, в госпитале, был раненый отец) и ещё одна семья, данные о которой не сохранились. Вера Ишакова в письме потом вспоминала, что и председатель колхоза Александр Николаевич Доколин, и местные жители относились к эвакуированным по-доброму.

После войны Вера с сыном и сестрой вернулись на Украину. Но за эти годы она со своими спасительницами просто сроднилась. Называла их тётя Вера и сестрёнка Тонечка. Они долгие годы писали друг другу. Письма теперь в музее Высоковского ДК. «Тосенька, – говорится в одном из них, – когда я читала твоё письмо, я плакала, и в это время сидели Зинины подруги. Они с удивлением смотрели на меня и задали мне такой вопрос: «Кто они, эти тётя Вера и Тося – родственники или чужие? Я ответила, что родные».

– Если бы мне не рассказали эту историю, – говорит в свою очередь и дочь Антонины Ивановны, – я бы так и думала, что Вера и Зина – это мои родные тёти.

Фаина Булганина вспоминает, что Вера и Антонина и писали, и ездили друг к другу в гости всю жизнь. Сама она видела Зину в последний раз в 1985 году, а Веру – в 1996‑м…

Добавим, что не все из числа эвакуированных уезжали потом обратно. Они обрели здесь второй дом. Так, потомки и Анастасии Козловой, и Анны Пелёвиной живут в Нижегородской области.

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх