Николай Караченцов всегда считал себя везучим. Судьба и в самом деле была к нему благосклонна. Она отвела взгляд от своего любимца лишь один раз… трашная авария жесточайшим образом расколола его жизнь на две части. В одной остались востребованность и успех, в другой – отчаяние и беспомощность. Но несмотря на это, он продолжал оставаться безусловным кумиром и символом – страсти, надёжности, мужества.
Каким публика и привыкла считать любимого актёра. Белые росы Актёрская карьера поначалу складывалась не слишком успешно. На экзаменах в школу-студию МХАТ будущая знаменитость чуть не провалилась – Караченцова даже хотели взять на курс просто вольным слушателем. Однако выпускался он из стен школы-студии уже в статусе одного из лучших.На этом основании он был сразу зачислен в штат столичного театра имени Ленинского комсомола. Правда, никакие серьёзные роли начинающего актёра не ждали, играть приходилось малозначительные эпизоды в таких же постановках. Говорят, Караченцов всерьёз подумывал, что ошибся с выбором профессии. Но тут судьба преподнесла ему первый щедрый подарок.
Возглавивший в 1973 году «Ленком» Марк Захаров поначалу ничего выдающегося в молодом актёре тоже не увидел. Более того – Караченцов показался ему «неприлично юным, тощим и длинноносым гадким утёнком». Но в одном из старых спектаклей, «Колонисты», у Караченцова, по словам Захарова, очень выразительно сверкали глаза. И он решил рискнуть, отдав главную роль в своём новом спектакле «Тиль» именно этому «гадкому утёнку».
Риск оправдался на все сто – спектакль имел оглушительный успех, а сам Караченцов вмиг превратился в театральную звезду и лицо обновлённого «Ленкома».
Правда, по словам того же Марка Захарова, публика не сразу приняла актёра со столь своеобразной внешностью. «Некоторые зрители поначалу лицо Караченцова принимать не хотели и писали: «Уберите со сцены эту страшную физиономию!» – вспоминал Марк Захаров.
По этой же причине Караченцова поначалу неохотно приглашали и в кино. Виталий Мельников стал первым кинорежиссёром, пригласившим актёра со странной внешностью на главную роль в своего «Старшего сына».
Это стало вторым подарком Судьбы – с тех пор Караченцов снимался каждый год, причём порой одновременно сразу в нескольких картинах.
Ну а граф Резанов в знаменитой рок-опере «Юнона и Авось» и вовсе превратил Николая Караченцова в легенду.
Отныне он казался публике бесконечно красивым и притягательным. Женщины мечтали о таком спутнике жизни. Идеальная пара Сам Караченцов к этому времени уже был прочно женат на коллеге по театру Людмиле Поргиной.
Она влюбилась в него с первого взгляда, едва увидев на сцене. «Выходит… Нечто! Губищи, глазищи. Голосище!.. Страшно похож на обезьяну, но необыкновенно притягательный!» – вспоминала она в одном из интервью своё первое впечатление от будущего мужа.
Сама Людмила к тому моменту уже успела пережить два бурных развода и находилась в третьем браке. Марк Захаров в своё время даже посетовал, что с актрисой сложно работать, потому что она постоянно устраивает свою личную жизнь – то разводится, то влюбляется, и перевёл её с главной роли в массовку.
Увидев Караченцова, Людмила Поргина, по собственному признанию, твёрдо решила, что он станет её мужем. Или она повесится на театральной люстре.
Муж Поргиной, даже после того как узнал о тайном романе жены, давать развода не хотел. Он приезжал к театру, угрожал Караченцову и даже поднимал руку на Людмилу. Но даже после того как Людмила, наконец, сумела получить развод от мужа, Николай Караченцов с предложением руки и сердца не спешил.
Они встречались в комнатушке Караченцова в коммуналке. Людмила постепенно обживала холостяцкое жилище – завела посуду, постельное бельё.
Однажды она сама предложила любимому пожениться, но тот в ответ промолчал. Людмила мучилась и страдала, но что-либо изменить была не в силах.
Она понимала, что Николаю, за которым закрепилась репутация жуткого бабника, удобнее оставаться холостяком. «Но я любила его таким, какой он есть», – уверяла Людмила Поргина.
Через два года она снова пошла на штурм. Объявила Караченцову, что её зовут замуж, поэтому она уходит от него. Приём подействовал, и Николай Петрович, наконец, сделал ей предложение.
Медовый месяц они провели на съёмках «Старшего сына». И вся их дальнейшая жизнь протекала в круговерти съёмок и репетиций.
…К фанаткам мужа Людмила относилась спокойно, понимая, что серьёзной угрозы для семьи они представлять не могут. В отличие от коллег-актрис.
Караченцов признавался, что ему обязательно нужно влюбиться в партнёршу, с которой предстоит играть любовь.
Говорили, что после совместной работы в комедии Аллы Суриковой «Чокнутые» у него вспыхнул головокружительный роман с Ольгой Кабо. Люди из театральных кругов уверяли, что эти отношения длились не один год.
Кабо с Караченцовым тогда действительно много вместе снимались, часто появлялись на публике, ездили по стране с концертами. И даже зрители отмечали, что на сцене эти двое ведут себя, как влюблённые.
Сама Людмила в одном из своих интервью делилась уверенностью, что Кабо действительно была увлечена её мужем. «Возможно, и Коля увлёкся. Но если бы это было искренне, он бы ушёл», – уверена Людмила Поргина.
Однажды они были на грани развода. Людмила вместе с ребёнком вынуждена была уйти к родителям. Три месяца они не виделись.
Потом Поргина написала мужу письмо, в котором подробно объяснила, почему не может без него жить, а заодно и припомнила все жертвы, на которые шла ради него. «Вспомни, как я дежурила ночами у твоей постели. Вспомни, что я никогда не предавала твои интересы ради своих. Вспомни, как я ухаживала за твоей мамой… » Караченцов прочитал послание и попросил минуту на размышление. Потом вернулся и сказал: «Я тоже люблю тебя».
«Так я сохранила нашу семью», – радовалась Людмила Андреевна.
Примерно за год до аварии в актёрских кругах поползли слухи, что Николай Петрович увлёкся молодой танцовщицей Мариной Ширшиковой.
А уже после его смерти солистка Мариинского театра Елена Дмитриева заявила, что 20 лет была тайной любовью Караченцова. Однако от жены и родившегося уже сына он так и не ушёл.
Мужем, по словам Поргиной, Караченцов был очень любящим и заботливым: «Я всегда знала, что есть его плечо, его поддержка. Где бы ни был, если что: «Девонька, не переживай, сейчас буду», – вспоминала Людмила Андреевна. Дорога к себе В тот роковой вечер 28 февраля 2005 года он тоже мчался подставить ей своё плечо. У Людмилы умерла мама. Узнав об этом, Караченцов рванул с дачи в Москву. На обледенелой дороге несущуюся на громадной скорости машину занесло, и она врезалась в столб. Актёр только чудом остался жив, получив серьёзную черепно-мозговую травму. Целых 26 дней он находился в коме, и врачи не брались давать никаких прогнозов.
Он выжил. И как мог боролся за то, чтобы вернуться в свою прежнюю жизнь – учился заново ходить, говорить и мечтал, что когда-нибудь сможет вернуться к профессии. Увы, это оказалось выше его сил.
Людмила Поргина, которая всё это время находилась рядом, как могла пыталась приобщать его к жизни, из которой он так жестоко оказался выбит, – выводила в свет, вместе с ним раздавала интервью и т.д.
Одни восхищались мужеством и жертвенностью, с которыми она пыталась вернуть мужа к жизни. Другие считали жестоким её постоянное демонстрирование беспомощного актёра публике и полагали, что таким образом Поргина просто пытается взять реванш за годы, проведённые в тени мужа.
«Но он же творческий человек. И даже будучи инвалидом, продолжал оставаться им, – объясняла нам сама Людмила Андреевна. – Я старалась, чтобы он стал хоть чуть-чуть счастливее».
По её словам, Николай Караченцов даже в том состоянии продолжал писать стихи, рисовать, собирать друзей – дома или в ресторане Дома актёра.
«Они читали стихи, пели песни. Да, у него уже не могли так работать связки, но он подпевал. Это жизнь. Нельзя было лишать его этой жизни, – твёрдо уверена Людмила Поргина. – Надо уметь чувствовать жизнь и чувствовать, что нужно твоему любимому человеку».
Сам Николай Караченцов старался это делать до последнего.
Ранее сайт Pravda-nn.ru рассказал, почему Ален Делон всю жизнь сводил женщин с ума, но остался один.
Свежие комментарии